- Полковник, - взволнованно обратился он к Уэнтворту, - могу ли я переговорить с этим человеком?

- С каким? - недоуменно переспросил офицер, уже и думать забывший о случайной встрече.

- Да с тем, который только что повстречался нам, с человеком из здешнего персонала.

- С Петерсоном? Ну конечно! Эй! Пит! - позвал он.

А Карр тем временем уже чуть ли не бегом мчался обратно. Денович, сообразив, что происходит нечто необычное, тут же развернулся. Карр и Петерсон о чем-то оживленно беседовали. Служащий дважды отрицательно помотал головой, а потом вдруг безудержно расхохотался.

Этот взрыв гомерического хохота казался совершенно неуместным. Неудивительно, что некоторые из тех, кто выходил в этот момент из багажного отделения, приостановились, неодобрительно разглядывая группу только что прибывших лиц.

Денович наблюдал за происходившим с изумлением. Петерсон же вдруг горько расплакался. В воздухе повисло какое-то напряжение, которое психиатр явственно ощущал всем своим телом. Он пододвинулся поближе к беседующей парочке и остановился всего в нескольких шагах от нее. При этом он заметил, что и Уэнтворт сделал то же самое.

А человек в униформе принялся истошно вопить, хотя изо всех сил - это было заметно - и пытался как-то совладать с охватившей его истерикой - Так что вы сказали? - зарыдал он. - Я не очень хорошо понял ваши слова... Объясните все-таки, что же случилось со мной. Ведь никогда ничего подобного раньше не бывало.

Он громко всхлипнул, сделал невероятное усилие, чтобы успокоиться, но не сумел и тут же впал в слепую ярость.

- Вы... как вас там зовут, - злобно прошипел он, - что это вы со мной сотворили?

- Вчера после полудня кто-то побывал здесь и завладел вашим разумом, - терпеливо втолковывал Карр. - Расскажите нам, как это произошло.