— Я Билл, — сказал он, протягивая руку.

Я повернулась к Барнабасу боком и приняла ее.

— Мэдисон, — застенчиво сказала я. Я поняла, что он не был жнецом. Он слишком нормально для этого выглядел.

Барнабас пробормотал свое имя, и Билл осмотрел его сверху донизу.

— Кто-нибудь из вас умеет управлять лодкой? — Спросил Билл

— Я умею, — сказала я, прежде чем Барнабас смог бы придумать оправдание, чтобы увести нас отсюда. — Но я никогда не тянула лыжника. Я просто буду смотреть. — Я взглянула на Барнабаса. Эта последняя часть была для него.

— Отлично! — Билл дьявольски улыбнулся. — Хочешь плыть в моей лодке? Следить за мной?

Он флиртовал, и я усмехнулась. Я так надолго застряла с Барнабасом, работая над этим прикосновением мыслью, что уже забыла, как весело и нормально было флиртовать. И он флиртовал со мной, а не с той девушкой на пристани, которая разделась до желтого бикини и выставила на показ свой зад, или со сногсшибательной девушкой с длинными черными волосами, которая надела блестящий узорчатый топ.

— Ага, присмотрю, — сказала я, шагнув за ним, только чтобы остановиться от рывка, когда Барнабас схватил мою руку.

— Эй, — громко сказал он, его глаза вновь засеребрились и заставили меня вздрогнуть. — Давайте парни возьмут одну лодку, а девушки другую.

— Круто! — Бодро сказала девушка в бикини, вроде как, не заметив его металлические радужки, хотя смотрела прямо на него. — Мы возьмем синюю лодку.

Я вырвалась из захвата Барнабаса — встревоженная тем, что могу видеть то, что, очевидно, живые видеть не могут. Не думаю, что даже Барнабас знал, что я могу видеть это. Уровень шума повысился, когда они разошлись по лодкам, двигатели загудели, и тросы были отброшены. Все еще находясь на пристани, я притянула Барнабаса, чтобы прошептать:

— Билл не жнец, так ведь?