– Почему? Потому что за ними кодла стоит?

– Ничего подобного. Потому что вор в законе выходит в поединке на другой уровень. И напавший на него это мгновенно чувствует и психологически ломается, сдается. А это уже даже не полдела, это фактически победа. Кулаки только точку ставят, там уже достаточно просто пальцем ткнуть, и человек сломается. Сам сломается. Понял?

– Не очень…

– Ну, ладно, поймешь еще. Только, боюсь, не было бы поздно…

– В каком смысле?

– Да так. Неважно. А что касается сегодняшнего – паренек просто меня испугался. Тебя не испугался, хоть и видел, что ты боец. И тебя, – Слава посмотрел на Вовку Киселева, который хоть и послабже был с виду, чем Андрей, уже носивший в определенных кругах кличку Крепкий, но в драке ему почти не уступал.

– А я для него был тайной за семью печатями. Он почувствовал, что я – другой. Непонятный. И испугался. А удар этот, как ты сказал, «энергетический», – так это я грамотно дернулся, испугал его. И в жилу прошло. Испугался он, и сам назад рванул. Это ведь основы дзюдо – использовать силу противника против него самого. Рванулся назад, понимая, что я его все равно за руку держу. Подсознательно понимая. А я его отпустил. Вот он и грохнулся.

– Ну ладно, а остальные-то? Они же как заторможенные стояли.

– Так та же история. Испугались неизвестности. И все. Арифметика. Так что, ребята, прежде чем в драку лезть в следующий раз, подумайте, крепко, как ее начать. Может быть, она для вас и закончится, не начавшись, как сегодня. А это всегда лучше. Уж поверьте мне, я-то знаю…

Андрей снова посмотрел на Настю. Как его разобрало, однако… В последние годы в девушках – любых, это точно, любых, каких бы он не захотел: высоких, маленьких, полных, тощих, любого возраста, почти любой национальности, – недостатка Андрей не испытывал. Стоило заказать по телефону – и никто бы, ни одна фирма, поставляющая «живой» товар клиентам, не отказала бы Крепкому.