- Я посплю, - пробормотал Генрих, закрывая глаза. - Минут десяток...

- Только не сейчас!.. - Петр потряс Генриха за плечо. - Когда вы запальчиво спорите, я никого из вас не понимаю. Объясни, пока Роя нет, чем твоя схема отличается от его.

- Схема? - сказал Генрих, открывая глаза. - У Роя нет схем. Рой педант.

Генрих вскочил и зашагал по комнате. Если приходилось объяснять, ему легче это было делать на ходу.

Петр наконец уяснил себе, что Рой настаивает на фиксации всех излучений мозга, обнаруженных в галактическом пространстве, а после изучения того, что объединяет их, хочет искать индивидуальную расшифровку. Генрих же настаивает, чтобы поиск начали с излучений выдающейся интенсивности, с резкой индивидуализацией - горных пиков своеобразия на плоской равнине схожестей.

- Во все времена существовали люди с особо мощной работой мозга. Пойми меня правильно, Петр, я не о признанных титанах умственного усилия... Нет, обычные люди, может, неграмотные мужики, а может, и гении, не зарекаюсь, - те, у кого мозг генерировал особо мощно...

- Мне кажется, резон в твоих рассуждениях есть.

- Скажи это Рою! Обязательно скажи!

Генрих снова опустился в кресло. Рой все не появлялся, и Петр осторожно спросил Генриха:

- Рой намекнул, что у тебя есть какие-то личные причины заниматься этой работой... Извини, если вторгся в интимное...

- Я не скрываю. Ты слыхал об Альбине?

- Знаю, что она была твоей невестой.

- И больше ничего?

- Я был в командировке на Проционе, когда она погибла при катастрофе с планетолетом. Нас всех потрясло это известие. Очаровательная, очень красивая женщина.

- К тому же - редкая умница... Гибель ее... в общем, я думал о ней ежеминутно, говорил с ней во сне и наяву. Мне захотелось возвратиться в ее жизнь, увидеть ее девочкой, подростком, девушкой... Так явилась мысль заняться волнами мозга, излученными в пространство. Механизмы разрабатывал Рой.