– Но она вооружена лазерными пушками? – продолжал допытываться он.

Гвен вздохнула.

– Они не заряжены и никогда не были заряжены. Каждая машина, построенная на Верхнем Кавалаане, имеет оружие. Такова традиция. И не только у айронджейдов. Так же делают и Редстил, Брейт и Шанагейт.

Дерк обошел машину и взобрался на сиденье рядом с Гвен.

– Я не понимаю.

– Это названия четырех кавалаанских родовых союзов, – объяснила она. – Можно их считать небольшими народностями или большими семьями. Они и то, и другое.

– Но зачем лазерное оружие?

– Верхний Кавалаан – неспокойная планета, – ответила Гвен.

Руарк фыркнул.

– Это совершенно неверно, совершенно!

– Неверно? – резко обернулась к нему Гвен.

– Вот именно, – ответил Руарк. – Совершенно неверно, потому что близко к истине, а половина правды хуже лжи.

Дерк обернулся и посмотрел на круглолицего светловолосого кимдиссца.

– Что вы имеете в виду?

– Верхний Кавалаан был когда-то опасной, дикой планетой. Но теперь только сами кавалаанцы – дикари, враждующие между собой. Это ненавидящие все чужое расисты, распираемые чувством гордости и завистью. Со своими Великими Воинами и дуэльным кодексом… Да, да, именно поэтому их машины оснащены пушками. Они предназначены для воздушных боев! Я предупреждаю вас, т'Лариен…

– Аркин! – угрожающе воскликнула Гвен. Прозвучавшая в ее голосе злость покоробила Дерка.

Она резко включила гравитационный ускоритель, дернула штурвал, аэромобиль рванулся вперед и с жалобным воем взмыл вверх. Сектор космодрома, в котором среди меньших собратьев стоял «Ужас Былых Врагов», сиял огнями, все остальное было погружено во мрак. Непроглядная тьма простиралась до невидимого горизонта, где черная земля соединялась с еще более черным небом. Лишь небольшая россыпь звезд слабо мерцала в вышине. Это были звезды Окраины. Выше них начиналось межгалактическое пространство, ниже повис темный занавес Покрова Искусителя. Дерк остро ощутил беспредельное одиночество планеты.