– Папа здесь роботов гонял. Он писал для них программы. Для больших, как Марвин, для уборщиков и для таких говорящих голов с мимикой, у меня их сейчас нет. Такие представления показывал! А я просто продукты храню.

Роботов гонял. Теперь, значит, не гоняет. Причем всегда папа и никогда мама. Почему?

– Пойдём, - скучно сказала Ольга. - Ничего тут нет.

Под вторым углом картины Егор без особого удивления обнаружил следующую надпись: "Затем на тень". Если следовать той же логике, тень стоило искать на часах в подвале. Нижний правый угол сообщил "Останови именем", а последний озадачил тройкой или буквой "З", возле которой вился толстый червяк с поперечными полосками-ножками.

Система управления люком оказалась несложной, а тень от штыря на циферблате протянулась к дальней стене. Егор раздвинул банки с ананасами в сиропе, но ничего странного на стене не обнаружил. Так, неровная штукатурка. Впрочем, он бы и люк в кухне сам не нашёл.

Банку ананасов Егор открыл на обед.

А на следующий день всё рухнуло в тартарары.

* * *

Маслов смывал "макияж" на лице. Здесь приходилось быть особенно тщательным, Егор буквально носом вёл по холсту и ничего, кроме крохотного сиюминутного мазка, вокруг себя не видел. И лишь в какой-то момент, разгибая затёкшую спину, повёл глазами вбок.

На него внимательно смотрел живой янтарный глаз.

Егор придушенно пискнул и отпрыгнул, своротив стул и едва не опрокинув бутылочку с растворителем.

А дедуля-то оказался - привет демонам сознания!

Острый взгляд жёлтых глаз неотступно следовал за Егором, подбородок теперь украшала мефистофельская бородка, в заострённом ухе (эльфов-гоблинов, говорите, не было?) болталась тяжёлая серьга, а из-под нижней губы торчал кверху острый желтоватый клык.