– Дядя Руслан, может, остановимся?

– Ты автомат видишь?

Племяшка даже вздохнуть не успел, как прогрохотала очередь, и втянул голову в плечи. Лейтенант, высунув голову из окна, пытался высмотреть – попал он в «УАЗ» или нет, при этом нещадно матерился и пытался прицелиться в колеса.

– Держись! – крикнул небритый, прижимая педаль тормоза.

Протекторы взвизгнули. Оставляя на асфальте черные следы, «УАЗ» развернулся поперек дороги, а затем сразу же нырнул в неглубокий кювет перед самым носом у преследователей. Натужно ревя двигателем, машина выбралась из канавы и захрустела высокими стеблями кукурузы. Листья хлестали по лобовому стеклу, тяжелые початки барабанили по кабине. Милицейский автомобиль чудом замер на самом краю дороги. Лейтенант выскочил на обочину, быстро опустился на одно колено, вскинул автомат и прицелился. Короткая очередь вспорола вечерний воздух. Пуля вдребезги разнесла боковое зеркальце «УАЗа». Осколки стекла вспыхнули на солнце и разлетелись в разные стороны. Грузовичок, отдаляясь, захрустел в высокой кукурузе. Лейтенант и подоспевшие к нему сержант с контрактником дали еще несколько очередей, но вскоре поняли, что стрелять бесполезно. Запоздало узнанный ими полевой командир уходил от них, его машину с пивными кегами надежно скрывали заросли. Надежда разжиться десятью тысячами долларов таяла вместе с уходящим в глубь поля звуком автомобильного двигателя.

– Уроды, – пробормотал лейтенант, глядя почему-то на своих подчиненных. – Что делать-то думаете?

– По рации бы... – начал было контрактник и замолчал, поняв, что вновь не сумел разгадать замысел командира.

Лейтенант метнулся к машине, развернул на капоте карту, прищурился. Затем его палец ткнул в зеленый прямоугольник поля.