Затем эвакуатор подъехал к «УАЗу».

– На трос возьмем, – распорядился Тангаев.

Не прошло и получаса, как эвакуатор втащил за собой скрежещущий трансмиссией «УАЗ» в широко раскрытые стальные ворота автосервиса, расположенного перед въездом в небольшой поселок. Над воротами красовалась вывеска «С.Т.О. у ИВАНЫЧА».

Двое мрачного вида кавказцев тут же плотно закрыли створки ворот, скрыв от посторонних глаз покалеченный «УАЗ». Из-за высокого забора долетали затихающие звуки готовившегося к ночи селения. Блеяли овечки, мычали коровы, лениво лаяли собаки. Тангаев задрал голову и посмотрел в небо на проклюнувшиеся звезды.

– Когда ты, Иса, успел Иванычем стать? – повернулся полевой командир к хозяину автосервиса – немолодому мужчине с проклюнувшейся на висках сединой.

– Маркетинговый ход такой. Наши в любом случае ко мне обращаются, а русские на вывеску клюют. Не зеленый же флаг с цитатой из Корана мне над входом вешать, – усмехнулся Иса и заглянул в кузов. – Мы же тоже россияне. Я же говорил, что пивные кеги – это плохо. Вот и заподозрили.

– Ничего они не заподозрили, – Тангаев устало вытер лоб. – Вот мешки с сахаром, как ты советовал, – это совсем плохо. Мы их уже отыграли. Да и не насыплешь эту дрянь в мешки.

– Дядя Руслан, так в кегах не пиво? – тихо спросил молодой кавказец, и в его потухших глазах наконец вновь появился блеск. – Что же ты раньше мне не сказал?

– Пиво... пиво у нас в кегах... – Тангаев многозначительно подмигнул племяннику. – И им пол-России до усрачки напоить можно. А теперь нечего тебе здесь шляться, иди – поспи немного. Нам еще долгая дорога предстоит.

Молодой человек не стал спорить, хоть после сегодняшней встряски ему и не хотелось спать, но слова влиятельного дяди были для него законом.

– Доброй ночи, дядя Руслан, – вымолвил он и пошел к дому.

Мрачные автомеханики уже закатывали пробитый пулями «УАЗ» в бокс. Тангаев и Иса-Иваныч неторопливо двигались следом.