– Бывает, – снисходительно пробормотал Тангаев. – Большие дела без накладок не обходятся.

Он смотрел сквозь стеклянную стену на то, как слесари поднимают покалеченный «УАЗ», как сноровисто снимают с него колеса, кабину. Сипел компрессор, гудели пневматические отвертки. Полыхнул газовый резак. Веером посыпались искры. Машина, еще недавно резво бегавшая по дорогам, буквально на глазах исчезала, превращаясь в кучу запчастей и груду металлолома. И не было уже силы, способной вновь вернуть ей «жизнь», собрать разрозненные части в работоспособный механизм.

Тангаев озабоченно вздохнул. Ему не хотелось признаваться даже перед самим собой, что увиденное навеяло ему мысли о собственной будущей судьбе. Как прагматик, он понимал, что ему, как полевому командиру, вряд ли предназначено умереть в своей постели, окруженному родственниками. Обычно люди, подобные ему, оканчивали жизнь при попытке захватить их. Так проще штурмующим, властям и правосудию. А потом обезображенные тела показывали в вечерних выпусках теленовостей. Именно такая судьба до недавнего времени была однозначно уготована и Тангаеву. Но около месяца тому назад у него появился шанс изменить свое будущее. От человека – а ему он не мог не доверять – поступило предложение, от которого трудно было отказаться, сделанное самим «хозяином». И полевой командир не упустил свой шанс – согласился. Вот именно потому он и сидел сейчас напротив Исы, а внизу его ждала «Газель» с тяжелыми пивными кегами в кузове.

Руслан Тангаев глотнул мятного чаю, жадно втянул ноздрями его пряный аромат. В голове слегка посветлело, кровь перестала стучать в висках. Иса шелестел за столом бумагами, отрывал от пачки номерные накладные, ставил печати. Рядом с ним в длинном фанерном пенале их стояло больше двух десятков.