Николай шел уже третий час. Справа и слева от шоссе простирались непроходимые топи, заросли колючих кустов, переплетенных лианами; там тучами вилась мошкара, что-то рычало, пищало, квакало; пройти там было невозможно - ни пешком, ни на вездеходе. Все попытки заканчивались либо гибелью смельчаков, либо поспешным бегством. К Абсолютному Исполнителю был один путь - шоссе, по которому шел Николай. Оно словно было огорожено невидимой стеной - ни зверь, ни птица, ни мошкара, ни даже пыль не могли через нее пробиться. Человек мог. Но там, за стеной, его ждала смерть.

Идти по шоссе было легко. Правда, воздух был немного душноватый, как перед грозой. Желто-голубое небо висело низко над головой. До сих пор Николай считал, что смесь желтого с голубым всегда дает зеленый цвет, но здесь небо было именно желто-голубым, а не зеленым. Этого никто не мог объяснить. Как и того, что на этом безопасном прямом и ровном шоссе исчезали люди. Просто неожиданно обрывалась связь и больше не восстанавливалась. У Николая связи не было. За ним следили по пеленгу. И еще у него был универсальный индикатор опасности. Впрочем, у его предшественников индикаторы тоже были. В кобуре у пояса висел тяжелый дезинтегратор. У тех, кто шел здесь до него, тоже было оружие. И это не помогло.

Первые полчаса нервы Николая были напряжены до предела. Руку он держал на рукоятке дезинтегратора, готовый в любой момент выхватить оружие. Но... ничего не происходило. Все то же ровное прямое шоссе, все та же буйная ядовито-зеленая растительность по сторонам. И низкое желто-голубое небо. Постепенно Николай немного расслабился, перестал оглядываться по сторонам, зашагал увереннее и, наконец, убрал руку с дезинтегратора. Ладонь вспотела; Николай вытер ее об штаны и, уже почти не беспокоясь, зашагал дальше. Но в подсознании все равно сидел страх. Маленький, вредный, не дающий покоя. Неведомая опасность страшнее вдвое. Здесь может случиться все, что угодно. Вплоть до того, что шоссе неожиданно свернется в трубку - почему-то пришло в голову.