Это был рослый парень примерно одних с Валерием лет. На нем были не то трусы, не то плавки. Крепкий торс перекрещивали две широкие синие ленты, расходившиеся к плечам на манер латинского «V». Поперек груди шла третья лента. Вся эта сбруя, как мысленно определил Валерий, была снабжена множеством карманчиков с хитрыми застежками. Темные волнистые волосы, схваченные белым обручем, падали почти до плеч. Смуглое лицо с толстыми губами и носом с горбинкой окаймляла короткая кудрявая бородка. Его карие глаза в ободке черных ресниц скользнули по Валерию и изумленно уставились на ласты. С выражением какого-то детского любопытства подводник указал пальцем на ласты и произнес фразу на непонятном языке, со множеством гласных и звонких звуков.

— Чего? — обалдело переспросил Валерий.

Незнакомец открыл в улыбке плотные белые зубы, шагнул вперед и погладил Валерия по плечу. Тот невольно отшатнулся. Черт его знает, что за птица. Вырядился не по-человеческому, бороду отрастил, а стыд еле прикрыт. В лице определенно что-то восточное. Неужели иранец?

— Кто вы такой? — спросил Валерий сырым голосом и прокашлялся. — Ху ар ю? — повторил он по-английски.

Незнакомец, все так же ясно улыбаясь, сделал еще шаг и вдруг потерся щекой о щеку Валерия. Валерий отскочил.

— Чего дурака валяешь? — сердито крикнул он.

Незнакомец радостно закивал головой. Потом ткнул себя длинным пальцем в грудь и сказал:

— Ур.

«Ну и имя!» — подумал Валерий. Он повторил жест незнакомца и сказал:

— Валерий.

— Ва-ре-ли, — отчетливо произнес Ур,

— Да нет. Ва-ле-рий.

— Данет Валери…

— «Да нет» — не надо, просто Валерий.

Ур решительно подытожил затянувшееся объяснение:

— Данет.

«Пес с тобой, — подумал Валерий, — пускай я буду Данет. Как же, милый человек, выбраться отсюда да и тебя прихватить?..»