Жора никогда не был программером. Когда скрин-сэйвер показывал ему синий экран, Жора не пытался читать буковки и цифирки. Жора твердо знал, что если компьютер показал экран смерти, работает только одна клавиша тумблер питания. У Жоры стоял Compaq, а на компаках, как известно, кнопка Reset отсутствует (впрочем, сейчас это уже мало кому известно). Жора нажимал на эту клавишу не менее пяти раз. Жора злился. Жора потерял не менее страницы текста, потому что в самый неподходящий момент звонил телефон, и, пока Жора отвлекался, скрин-сэйвер предательски срабатывал. Жора потерял не менее получаса времени, потому что компаки перезагружаются не особенно быстро. Когда до Жоры дошло, в чем дело, он не смеялся. Он рвал и метал.

Вечером того же дня он вывел свой компьютер из домена отдела, а я старался ему не попадаться на глаза еще две недели.

Я отдернул руку, как будто мышь меня укусила, и пробежал глазами содержимое экрана. Да, это синий экран смерти в явном виде, и виноват во всем мой драйвер, без всяких сомнений. Я посмотрел на причину краха и опечалился еще больше. C0000005. Это могло означать все, что угодно, начиная от висячей ссылки и кончая знаком =, по ошибке поставленным вместо == в исходном тексте программы. Я собрался с духом и сказал:

- Хорошо еще, что на остальных компах работает.

- На остальных компах твой драйвер уже отключили, - радостно откликнулся Жора, - Ладно, давай, разбирайся.

Я начал разбираться. Через четверть часа я выявил в тексте программы функцию, где непонятно какая ошибка убивала операционную систему компьютера. Еще через четверть часа я нашел ошибку. Еще через полчаса я убедился, что каждая последняя ошибка в программе является предпоследней.