Отец не полетел обратно к нам. Если бы он полетел обратно, стрелявшие люди поплыли бы за ним, а мы сидели недалеко от берега и наши крылья не были спрятаны под одежду. Поэтому он сумел еще каким-то чудом развернуться в воздухе и упал сбоку от озера, на опушке леса.
Мы с мамой подбежали туда потом и увидели двух мужчин в телогрейках и с ружьями в руках. Они стояли над телом отца и зло переговаривались, оглядываясь по сторонам.
- Зачем ты стрелял? - испуганно шипел мужчина в выглядывающей из-под телогрейки тельняшке. - С ума сошел!
- Это не человек, - отвечал другой, - пытаясь перевернуть тело носком сапога на спину, но этому мешали отцовские огромные крылья, сломанные от удара о землю. - Ты же видишь, это не человек.
- А кто тогда, кто?
- Не знаю, может, пришелец.
Мужчины зарыли отца маленькой саперной лопаткой тут же, на опушке, и уплыли в своей вертлявой резиновой лодке, а мы еще долго не решались выбраться из кустов и подойти к могиле.
После этого у меня быстрее стали расти когти.
Совсем не осталось талонов на продукты. Я перерыл все ящики кухонного стола, но напрасно. Наскреб чуть-чуть пшенной крупы, но совсем нет масла. И молоко без талонов больше не продают. Вчера мне без талонов не продали хлеб, а когда я сказал продавщице, что очень хочу есть, она сердито посмотрела на меня и пообещала позвать милиционера.
Милиционер теперь постоянно дежурит в магазине и тех, у кого нет талонов, забирает с собой. Потому что талоны должны быть у всех, кто работает, а кто не работает, тот - саботажник.
Я не мог сказать, что учусь в школе, я выгляжу старше, да и потом в таком случае талоны должны быть у моих родителей. А что я могу сказать людям про них?
Сегодня мне опять приснилась охота, и я не стал после этого лежать в постели, а вышел на крышу. У нас очень удачно расположена квартира, на последнем этаже, прямо над нами чердак.
Чужой безлюдный город спал. Или только притворялся, что спит. По соседней улице прогрохотали танки, они теперь ездят по городу чуть не каждую ночь. В доме напротив заплакал ребенок. Он плакал долго, но свет все не зажигали, и я решился.