На этот раз или она подойдет к нему первой — или же они просто не будут больше общаться. Северус чувствовал холодное к себе отношение Эванс — уж этого он навидался вдоволь в детстве, когда отцу, а потом и матери стало не до него. Его часто забывали покормить, помыть или переодеть, родители постоянно ругались, а он был предоставлен самому себе, возможно, поэтому его единственными друзьями стали учебники матери за весь Хогвартский курс, которые он знал почти назубок. Приехав в Хогвартс он открыл для себя совершенно фантастическое место — библиотеку, в которой всегда было мало народу и можно было, забившись в самый дальний уголок за стеллажами, улетать в чудесные миры, постигая уже не основы магических наук, а более сложные уровни и ступени магии! И там не было Мародеров, которых он ненавидел всей душой!

Снейп с трудом спустился в подземелья. Остановившись у голой стены, он произнес пароль, часть стены отъехала в сторону, открыв проход. Друзья сидели за столом, обсуждая следующий экзамен. Увидев Северуса, они ахнули и бросились к нему.

— Что случилось, Сев? Почему ты в таком жутком виде? А глаза… Что с твоими глазами? Кинули Конъюктивитусом или чем‑то похуже? Ты же мог ослепнуть! Тебе срочно нужно в Больничное крыло.

— Нет! Никуда я не пойду. Сам справлюсь. У меня есть Восстанавливающее зелье.

— Так что же случилось? Ты можешь сказать, наконец?

— Меня подвесили вниз головой. Моим же Левикорпусом… Кто‑то рассказал этим могильным грифам. И еще… сволочи, сняли с меня штаны!

— Ну, этого‑то тебе стыдиться нечего! То, что у тебя в штанах, должно вызывать, как минимум, нездоровую зависть у мужской половины Хогвартса, уж мы‑то знаем, Сев! — усмехнулся Мальсибер.

— Да я не из‑за этого переживаю! А из‑за того, что все мои заклинания могут быть известны грифферам! А там, сам знаешь, есть и очень опасные, которые тянут минимум на полугодичный срок в Азкабане. Если им, помимо Левикорпуса, еще что‑то известно…