– Боишься, что тебя искусают? – с ироничной усмешкой спросил молодой.

– Я давно ничего не боюсь, – пожал плечами астматик. – Меня кусали и не такие псы, как ты. Но об мою дубовую шкуру можно запросто обломать зубы. А мне хочется довести дело до конца и посмотреть, что будет потом.

– Что значит «до конца»? – поинтересовался седовласый. – Ты имеешь в виду определенную сумму заработанных денег? Или количество новообращенных? Привык мыслить категориями советских пятилеток?

– Довести дело до конца в моем понимании значит установить полный контроль над этим городом, – казалось, астматика ничуть не задевают издевки двух более молодых собеседников. Однако это было не так!

Как и любой властолюбец, астматик считал приемлемым только почтительное обращение к себе со стороны остальных. Его бесило, что сегодняшние собеседники и возможные компаньоны не воспринимают его всерьез. Он почти был готов броситься на них, но сдерживался. Поскольку научился за долгую жизнь выжидать момент, когда можно отыграться на обидчике, не опасаясь что-то при этом потерять.

– Вы сами знаете, что деньги меня мало интересуют. Их у меня куры не клюют. – Астматик с трудом сдерживал рвущиеся наружу эмоции. – Просто захотелось на старости лет чего-нибудь остренького. Например, поучаствовать в войне, которая может кончиться как полным триумфом, так и постыдным поражением, если мы не будем держаться вместе.

– Надеюсь, в качестве гарантии ты не потребуешь от нас банальной круговой поруки? – не без иронии поинтересовался самый молодой из троицы.

– Зачем? – пожал плечами астматик. – Мы достаточно много знаем друг о друге, и мне, к примеру, ничего не стоит при случае утопить в дерьме тебя, а тебе – меня. Взять хоть эту операцию с наркотиками. Кстати, как проходит ее подготовка?

– Нормально, – буркнул седовласый. – Хотя я и не стал бы где попало говорить о ней. Большая часть будет продана, как только мы закончим первую часть операции по установлению контроля над городом. Детали сейчас не имеют значения! И все же кое-что нам нужно сделать всем вместе.