- В газетах про это не писали. Во всяком случае, мне ничего не попадалось.

- Как вы верно заметили, - он пожал плечами, - летом на Лазурном Берегу изнасилование - это не более чем вариация на тему, но оно до сих пор незаконно.

- Возможно, я не буду лезть из кожи вон, помогая насильнику избежать правосудия.

- Что ж, возможно. Но полиция опасности не представляет, поскольку не знает, что он во Франции. Лишь его конкуренты в курсе, что он должен попасть в Лихтенштейн.

- С другой стороны, обвинение в изнасиловании - это лучший способ подставить человека.

- Ax! - Он с удовольствием рассматривал манекенщиц. - Я надеялся, что великий месье Канетон не забыл всего, что когда-то знал.

Мимо нас прошествовала манекенщица, высоко подняв голову и покачивая бедрами, словно она репетировала роль Горбуна с крыши собора Нотр-Дам. Она была в халате из клетчатой шотландки, на котором вовсю шла битва между Кемпбеллами и Макдональдами (Имеется в виду глубочайший раскол в шотландском обществе, суть которого состояла в различном понимании путей развития Шетландии. Сторонники клана Макдональдов выступали за национальную независимость Шотландии. Кемпбеллы ориентировались на политический союз с Англией. В наиболее острой форме эта борьба протекала в годы Великой английской революции (1641-1648).).

- Ну хорошо. Почему вы не хотите нанять для него частный самолет? Тогда ему не придется иметь дела с пограничниками.

Он тяжело вздохнул.

- Дорогой мой Канетон, в наше время все аэродромы находятся под тщательным наблюдением, а для того, чтобы долететь из Бретани до Лихтенштейна, маленький самолет не годится. К тому же все хорошие пилоты, как правило, до отвращения честные, а что касается плохих, - тут Мерлен снова пожал плечами, - то такие люди, как Маганхард, с плохими не летают.

Что и говорить, аргументы у него были убедительные. Я кивнул.