Правда, прежде чем "goodbye" им сказать, мы узнать успели, что янки в двадцатом веке отряд спецназначения в здешний район забрасывали... Все остальное оставалось делом техники: Антон раскопал, что в том году советская ракета американский самолет-шпион сбила, и "наши" с него блок опознавания пытались снять. Дальше произошло нечто, до сих пор секретное (а может, архивы до сих пор не разобрали, с них станется), и в дальнейшем ни о математическом таланте, ни о капитане Пахомове, снимавшем блок, нигде ничего не упоминалось.

Мы искали честно. Антон выкопал письмо академика Абалкина, в котором тот сожалел, что с некой Оксаной Прудниковой так и не встретился, а я в Печорский Военный Архив съездил. Меня там привели в темный холоднющий бункер, показали груду картонных папок выше меня ростом и сказали, что это где-то здесь. Я, виноват, плюнул и копаться не стал.

Впрочем, "добро" мы получили и на тех фактах, что наскребли, и с тех пор Антон начал гордо носить нагрудный значок с надписью "Заведующий лабораторией", а я - "Пилот проекта "Гений". Он, как начальник, стал временную плоскость сканировать, а я к заброске готовиться. Не пойму только, зачем ему два практиканта понадобились? На монитор, что ли, одному скучно смотреть? Да еще и жена его постоянно рядом крутится. Гинеколог, между прочим, а диссертацию по классическому русскому туалету ухитрилась защитить.

- Аркаша, правее возьми, - зашептало в ухе.

- Ты же говорил, левее? - удивился я, стирая с лица бурый комариный слой.

- Нет у тебя, Аркаша, никакого чувства направления, - тоном превосходства заявил Антон. - Ничего удивительного, что заблудился.