Младший научный сотрудник вопросительно посмотрел на профессора.

– Хорошо, Николай, – кивнул тот. – Давай!

Большой рубильник бесшумно пошел вниз. В глубине хроноускорителя что-то загудело, и на поверхности серого экрана появился круг света. Яркость его увеличивалась, и Преображенцев с Зубовым затаив дыхание, подались вперед.

В белом круге начало проступать изображение, и тут младший научный сотрудник оглушительно чихнул.

Круг света мгновенно погас, изображение пропало. Хроноускоритель заискрил, и из недр прибора повалил темный дым. Запахло горелым.

– Вот черт! – профессор с яростью посмотрел на помощника. – Неужели ты не мог сдержаться?

– Нет, – ответил Зубов, сморкаясь в огромный платок. Вид у научного сотрудника был жалкий.

– Так и не поняли, вышло чего или нет! – пробурчал профессор, и принялся открывать дверь.

Младший научный сотрудник Зубов, нервная система которого была потрясена случившимся, спился в рекордные сроки, профессор Преображенцев увяз в баталиях с научными противниками, и хроноускоритель восстановить не удалось.

Об успешности эксперимента ученые могли только гадать.

Тираннозавр с недоумением таращился на круглое белесое образование, неведомо откуда возникшее прямо перед ним в воздухе. На пищу оно не походило, на самку или соперника – тоже, но чем-то заинтересовало гигантского хищника…

Когда из туманного курга вылетело облако слизи и осело на морду зверя, тот возмущенно фыркнул и отскочил. Белесое образование почти сразу растаяло, а тираннозавр, забыв о нем, двинулся к болоту, туда, где должно пастись стадо парейазавров…

Но вирус гриппа, добравшийся из другого времени, уже проник в его организм. Именно этот вирус, постепенно мутируя, и погубит всех крупных пресмыкающихся (за редким исключением) к концу мелового периода.