Вот уже показалось место их прежней стоянки, откуда геологи ушли два дня назад, оставив ящики с пробами и завхоза Степана — сутулого серьезного мужчину со странной фамилией Горбун. Моторка сегодня вывезет имущество на другое место — выше по Тагне, в новый лагерь — табор, как говорил Степан.
Стук мотора далеко разносился по реке.
И вдруг — выстрел. Стреляли по лодке. Мотор тут же заглох, лодку развернуло и ткнуло в близкий берег, покрытый жарками. Нефедов прыгнул в реку, холодная вода накрыла его и тут же вытолкнула обратно. Страшный грохот разорвал болью грудь, и жажда жизни бросила Нефедова на берег в буйно цветущие жарки.
Лежа на земле, теряя силы, он с трудом поднял голову, глядя на человека, который вновь поднимал ружье…
2
К вечеру не вернулись в лагерь завхоз Степан и Олег Владимирович Нефедов.
Еще не думая о плохом, начальник партии Седых сказал:
— Ждем до утра. С мотором, видно, нелады. А Степан пусть помучается с перевозкой, сколько раз говорил — мотор чинить надо.
Утро нового не принесло, напрасно слушали геологи таежную тишину: лодки не было.
— Однако, сами не справятся, помощи ждут, — осторожно заметил проводник.
К вечеру Седых с проводником и двумя геологами на резиновых лодках моторка в партии была одна — поплыли к старому табору.
Уже смеркалось, когда Седых вышел на берег. Тревогой сдавило грудь, едва увидел, что моторки у берега нет. На стоянке была тишина, никто не вышел встречать приехавших.
Образцы стояли в ящиках рядами, брезент с них был снят.