– Ну, я могу заставить вас отработать все, что вы сожрете. – В голосе Азмира появилась запальчивость.

– Отработать? Как? – Рубос даже наклонился, чтобы в скудном свете увидеть лицо предводителя разбойников.

– Вы все вполне сможете быть разбойниками…

Хохот в четыре здоровые глотки заставил стражников заглянуть в подвал. – Нет, – покачал головой Сухмет, – разбойниками мы не будем. Да и тебе не советую.

Азмир от этого смеха насупился, но ругаться не стал.

– Почему?

Лотар пояснил:

– Плохо кончишь, удача пока была с тобой, но теперь скорее всего все кончится.

Азмир стал подниматься по вырубленным в глине ступеням. Рубос прокричал ему вслед:

– Сам посуди, какой из тебя разбойник? Ты даже меч держишь, как грабли…

Укладываясь спать, Сухмет спросил, ни к кому особенно не обращаясь:

– Может, мы зря его так? У него есть самоуважение, а мы с ним, словно с мулом в ярме?

– У него-то самоуважение? – переспросил Рубос. – То-то он занимается грабежом…

Лотар хмыкнул:

– В тебе говорит бывший охранник караванов, Рубос. Ты не считаешь бандита за человека. А для большинства на этих землях грабеж – нормальная хозяйственная деятельность, и многие женщины даже рассчитывают на это как на законный приработок своих мужей.

– Нет, я так думать не могу, – ответил Рубос, подумал и добавил: – И другим не советую. Видишь ли, Лотар, мир меняется.

Ди сухим смешком дал понять, насколько мало он в это верит. Ему, фою, представителю и выученику цивилизации, пережившей за три тысячи лет разное, это было простительно.

Поутру дверь наверху снова заскрипела. И послышался шепот Азмира:

– Вставайте, стражников я отпустил.

Лотар, а за ним и Рубос быстро, по-военному, поднялись к разбойнику. Он держал собранные в охапку мечи, дорожные сумки, даже одеяла и фляги для воды.

– Берите оружие и давайте отправляться в путь. Только скорее, пока никто не проснулся. Я вас провожу.