— Не взглянете? — спросил он.

Коглен так и сделал. Мгновение спустя он вскинул голову.

— Отпечатки пальцев, — констатировал он. — И что из того? Дюваль вскочил и принялся мерить комнату шагами, как будто его снедало нетерпение. Лейтенант Галиль тяжело вздохнул.

— То, что я сейчас скажу, настоящее безумие, — сокрушенно сказал он. — Месье Дюваль наткнулся на эту книгу в Национальной библиотеке в Париже. Она находилась во владении библиотеки больше сотни лет. До этого она принадлежала графам де Юис, которые в шестнадцатом веке покровительствовали человеку, известному как Нострадамус. Но сама книга — двенадцатого столетия. Написана и переплетена в Византии. В Национальной библиотеке месье Дюваль заметил в ней аккуратно приклеенный лист. Он снял его. Там обнаружились эти отпечатки пальцев и… и еще одна надпись.

— Весьма любопытно, — произнес Коглен, думая о том, что если он не хочет опоздать на ужин с Лори и ее отцом, то пора выходить из дому.

— Разумеется, — продолжал полицейский, — месье Дюваль заподозрил подделку. Он провел сначала химический, затем спектрографический анализ чернил. Но сомнений быть не могло. Отпечатки пальцев были сделаны на еще новой книге. Повторюсь, это не подлежит сомнениям!

Коглен никак не мог взять в толк, к чему он клонит.

— Отпечатки пальцев — изобретение недавнего прошлого, — заметил он недоуменно. — Поэтому, полагаю, находка столь древнего образца — событие из ряда вон выходящее.

Но…

Дюваль, который расхаживал по комнате туда-сюда, сдавленно вскрикнул. Он остановился у стола и принялся крутить в пальцах курдский кинжал с деревянной рукоятью, которым Коглен вскрывал письма. Вид у него был слегка безумный.