Гастроноды оказались улитками. Хотя и большими, но все же улитками. Винтовые раковины, глаза на стебельках - все как положено. С этим я мог справиться. Вот к чему я никак не мог привыкнуть, так это к необходимости плестись со скоростью местных пешеходов - извиняюсь, пешеползов.

- Танда, - проворчал я. - Сколько еще мы будем находиться в этом чудовищном Измерении?

- Успокойся, красавчик, - мягко проговорила она, переползая на дюйм вперед. - Наслаждайся окружающим пейзажем.

- Я уже полдня любуюсь этим куском пейзажа, - похаловался я. - И так хорошо изучил его, что запомнил наизусть.

- Не преувеличивай, - урезонила она меня. - Сегодня утром мы находились по ту сторону дерева.

Я закрыл глаза и проглотил напрашивающийся ответ на ее поправку.

И сколько же еще нам предстоит ползти? - поинтересовался я.

- Думаю, мы можем свалить, после того как свернем вон за тот угол.

- Но до него добрых двадцать пять футов! - запротестовал я.

- Совершенно верно, - подтвердила Танда. - Мы будем там на заходе солнца.

- Неужели нам нельзя дойти туда простым способом?

- Ни в коем случае! Нас заметят.

- Кто?

- Кто угодно. Ну, например, твоя поклонница.

- Моя... что? - моргнул я.

И верно: за нами, героически пыхтя, двигалась какая-то гастронодка. Поняв, что я на нее смотрю, она принялась медленными, полными энтузиазма движениями вращать глазами на стебельках.

- Она уже почти целый час ползает за тобой, - доверительно сообщила мне Тананда. - Вот поэтому-то я и спешила.

- Это решает дело, - заявил я, переходя на нормальный шаг. - Пошли. Надо как можно быстрее убираться отсюда.

Когда я вместе с последовавшей за мной спутницей завернул за угол, гастроноиды подняли пронзительные крики.