Последний день отпуска ушел на приведение квартиры в товарный вид, пополнение запасов в холодильнике (надо ведь было отоварить продовольственные карточки) и разбор привезенной из экспедиции добычи. А утром следующего дня Геннадий отправился в Контору. В городе имелось два серьезных предприятия: известный автозавод, выпускающий знаменитые «Уралы» и менее известное широкой публике производство, занимающееся сборкой баллистических ракет с подводным стартом для АПЛ. Плюс несколько воинских частей. Все это хозяйство требовало пригляда, а штаты Миасской контрразведки вечно были укомплектованы только наполовину: его шеф, майор Воронцов, сам Геннадий, сиречь – капитан Шерстнев и еще прапорщик Прилуков, бывший спецназовец. Вот и вся команда. – Удивительно, как это начальство вообще отпустило его в отпуск? Знало ведь, что из тайги будет выдернуть трудновато. – Добравшись до места, Геннадий оставил машину на стоянке и поднялся в Контору. К его удивлению в помещении обнаружилась девушка в цивильной джинсе, устроившаяся за компьютером. При виде Геннадия она вскочила, точнее, мгновенно перетекла в стоячее положение, вытянулась во фрунт и бодро отрапортовала по всей форме. – Хм, старший лейтенант Сергеева, надо думать, что это и есть давно обещанное пополнения штатов, – сообразил Геннадий. – Вольно, лейтенант, можете продолжать. – Девушка бросила на него короткий взгляд, от которого Геннадию на мгновение поплохело и вернулась к компьютеру. – Ну, ничего себе! У нее что? Гамма-излучатели в глазах? А ведь девочка-то не проста. Надо приглядеться к ней повнимательнее. Но это успеется, а сейчас надо и самому доложиться шефу.

– Видел эту красотку? – поинтересовался майор, когда Геннадий закончил с докладом. – Будете работать вместе. Вкратце, сия девица находится на Общественной Службе. Наша система привлекла ее к сотрудничеству. Как оказалось – не зря. На югах она неплохо себя проявила. Глазастая и голова на месте. Предложили перейти к нам. Кроме присяги Службы приняла еще и армейскую. Тут уже три дня. Я немного ввел ее в курс наших скорбных дел, а ты продолжишь. И приглядись к ней хорошенько.