"Пожалуй,-- думает он,-- не стану я себе пальто перелицовывать. Лучше новое куплю, с каракулевым воротником. А жене -- шубу цигейковую, как у Екатерины Ивановны из шестнадцатой квартиры. И чтоб на воротнике -белая норка. Да, вот ещё, не забыть цветной телевизор купить! Буду фигурное катание в цветном смотреть. Соседей позову, чтоб нос утереть, сослуживцев... А жена в нейлоновом халате будет нам кофе разносить в фарфоровых чашках".

"...А вообще-то разве подберёшь на мою Клавдию халат подходящий? -- размышлял Рогов ещё через час, когда карман его основательно взбух и потяжелел.-- Это ж одного нейлона метров пятнадцать покупать придётся... Нет, не годится Клавдия для интеллигентной жизни: походка, как у шагающего экскаватора, образование неполное среднее. И поговорить-то с ней не о чем, а уж людям и подавно показать стыдно. Особенно за границей. Нет, не возьму я её с собой в кругосветное путешествие. Лучше с Анечкой поеду, с секретаршей нашего начальника... А что? Женюсь на ней и поеду. А если она не захочет, так другую себе найду, ещё лучше. С такими деньгами бобылем не останусь. Насобираю вот сейчас побольше, и на развод подам. Квартиру, так и быть, Клавдии оставлю. Себе кооперативную куплю, трёхкомнатную. На автомобиль в очередь запишусь, походил пешком -- и хватит! Если жена работящая попадётся, можно ещё дачу приобрести, клубнику будем разводить. Сейчас клубника в цене..."

Размечтался Иван Степанович, полез в карман, чтоб деньги пересчитать, а денег-то и нет. Ни одной монеты! Карман тяжёлый от воды да грязи, а на самом его дне большущая дырка. Поглядел Рогов в растерянности под ноги и увидел гривенник. Тот самый единственный гривенник, который Иван Степанович за этот вечер никак не меньше трёхсот раз поднял. Пнул его Рогов ногой, втянул голову в плечи и побрёл домой к своей Клавдии, устраивать ей нагоняй за то, что не зашила вовремя его карман.