Товарищи пошли им навстречу, приняли жерди, донесли до середины поляны, где тлели угли на широком кострище. Тонкие струйки сизого дыма тут же таяли в воздухе. Дозор подошел к Держимиру, сняв шапку и на ходу приглаживая длинные полуседые волосы, по давней заморянской привычке заплетенные в несколько косичек.
– И это всё? – коротко бросил князь. Уперев руки в бока, он стоял возле кострища и смотрел на оленьи туши с таким пренебрежением, как будто это была пара облезлых белок. – Я вас за этим посылал?
– Нет, не всё, – ответил Дозор. Другой мог бы обидеться на такую встречу, но Дозор хорошо знал раздражительный нрав своего князя и понимал, что волнение перед важным делом не способствует добродушию. – Мы видели их. Правда, мы смотрели сзади, издалека, но княжича Светловоя ни с кем другим не спутаешь. Дружины человек сорок. С ним Кремень.
– И все?
– Если точнее, то еще с ним девица какая-то. А так – все.
– Не очень-то много на такое дело! – прогудел Озвень.
– Его в Велишине Скородумова дружина ждет, – напомнил Дозор. – Уж князь Скородум любимую дочь без охраны не оставит, так что дружина эта, я думаю, будет сотни в три.
– Так что не грусти, воевода, будет с кем подраться! – крикнул Баян. – Дозор, а что за девица-то с ним?
– Да вот, думаю, вроде нашей… – Дозор кивнул на шатер, стоявший на краю поляны под толстой елью. Из-под приподнятого края полога медленно текла легкая струйка дыма.
Однако князь Держимир не спешил радоваться привезенным вестям, хотя именно ради этих вестей они и жили в лесу на поляне уже пятый день. Покусывая нижнюю губу, он смотрел куда-то в глубь чащи и что-то обдумывал. Потом обернулся к шатру. Словно отвечая на молчаливый призыв, из-под полога выскользнула Звенила. Поверх привычной рубахи с широкими рукавами на ней был длинный волчий полушубок мехом наружу, и звон серебряных подвесок звучал из-под него приглушенно.