— Да нет, конечно же, в хоббитанских хороминах. Просто подумалось…. Вдруг, здесь они устроены как-то по-другому? Тем более что амнезия донимает до сих пор…

К северу от дороги наблюдалась глубокая лощина, над которой поднимались рваные клочья светло-фиолетового тумана.

— Надо до вечера отъехать от Фиолетовой лощины как можно дальше, — обеспокоено посоветовала Мари. — Говорят, что ночами оттуда выходят — по своим тёмным надобностям — оборотни и призраки.

— Призраки?

— Ну, да! Белые такие, полупрозрачные, глухо ухают, скрежещут зубами, поют песни на незнакомом языке…

Часа в два пополудни они остановились передохнуть на берегу звонкого ручья, который протекал под Трактом по широкой каменной трубе. Над полукруглым тоннелем на гранитной плите было вырублено — "1972 г.".

— И, что это значит? — поинтересовался Томас.

— Этот тоннель гномы складывали, очень много лет назад, — невозмутимо ответил Кот. — Наверное, «г» и означает — гномы. А «1972» — не знаю, что такое. Может, стоимость данного инженерного сооружения — в серебряных монетах…. Ладно, отойдём от дороги чуть в сторону, расседлаем пони, пусть пощиплют травку.

— А лошадки не разбегутся?

Мари достала из кармана сюртука необычный двусторонний медный свисток и успокоила:

— Наши пони, они очень хорошо обучены. Если дунуть сюда, то они незамедлительно прибегут на зов.

— А для чего предназначено второе отверстие?

— Если подуть в него, то это будет сигналом, говорящим о приближающейся опасности. Лошадки тогда начнут — в срочном порядке — искать надёжное убежище. Например, просто залягут в высокой траве, или же спрячутся в ближайшем овраге.

Томас умело развёл маленький костёр, Мари расстелила на траве светлую холстину, развязала вещмешок и занялась приготовлением обеда. А Кот, достав из маленькой деревянной коробочки рыболовный крючок средних размеров, мечтательно пообещал: