-- Я - "Хорнит-шесть", - ведущий звена американских истребителей капитан Уильям "Хаунд" Мак Даугалл вновь вызвал авианосец. - Наблюдаю иранские истребители. Идут встречным курсом, скорость примерно пятьсот узлов. Жду указаний.

Мощный боровой радар палубного истребителя AN/APG-73, в несколько раз превосходивший по всем параметрам авионику устаревших "Томкетов", покинувших сборочные цеха тридцать лет назад, позволил американцу обнаружить противника на расстоянии, значительно большем, чем могли это сделать сами иранцы.

-- Вы видите наш разведчик, "Хорнит-шесть"?

-- Так точно, база, - повернув голову, Мак Даугалл взглядом проводил пролетевший в нескольких километрах от него самолет, оставлявший заметный дымный след в чистом небе. - Похоже, ему сильно досталось. Иранцы висят у него на хвосте и не собираются отступать. База, прошу разрешения отогнать их.

-- Разрешаю открыть огонь, - отозвался диспетчер, руководивший полетами с авианосца. - Повторяю, атаке - зеленый свет!

-- Вас понял, - переключив радар в режим прицеливания, Мак Даугалл дождался, когда загорится индикатор захвата цели, и затем с дистанции чуть более тридцаи километров выпустил обе ракеты AMRAAM. Ведомый спустя секунду последовал примеру командира, дав залп.

Ракеты, почти не оставляя за собой инверсионный след, устремились к выбранным целям, и иранцы в одно мгновение из охотников стали жертвами. Система предупреждения о радиолокационном облучении, которой были оснащены иранские самолеты, сработала слишком поздно, почти не дав атакованным истребителям шансов спастись. Оба пилота бросили свои "Томкеты" в крутой вираж, пытаясь сорвать захват. Подвешенные под крыльями контейнеры выбросили в воздух сотни лент из фольги, ложные цели, которые должны были отвлечь вражеские ракеты, создав помехи их головкам наведения и бортовым радарам чужих истребителей.