– Нет его там. Квартира пустует.

– А меня как нашли?

– Гражданин Селиванов подсказал.

– Выследил, что ли?

– Выследил. Вы ему сразу показались подозрительной.

– Осел он, этот ваш Селиванов! А вы, извините, откуда? Из уголовного розыска?

– Из уголовного.

– Вот и подумайте, откуда у скромного замдиректора оказалось вдруг сто тысяч рублей?

– Ну, я не знаю, – смутился капитан.

– И я не знаю…

– Но вашим делом занимается уголовный розыск.

– Я, кстати, тоже хочу подать на него заявление. Он меня изнасиловал. Да, представьте себе, изнасиловал!

– Это неправда! – еще больше смутился Шипилов.

– Да? А у меня свидетель есть! – снова соврала Наташа.

– И где свидетель?

– Будет дело, будет и свидетель.

– А ты не простая штучка! – язвительно заметил капитан.

– Какая есть! Как я понимаю, Селиванов должен меня опознать?

– Зачем? И так все ясно…

– Ничего не ясно. Я не знаю никакого Селиванова! И о его деньгах тоже ничего не знаю. Ну так что, едем в отделение? Заодно заявление напишу.

– Да, с вами, гражданка, каши не сваришь.

– А я каши не варю, капитан. Этим кухарки занимаются. Я для любви создана. Хочешь меня любить? Вижу, что хочешь!

Наташа знала себе цену. Натуральная блондинка с роскошными формами. Красотка без комплексов и ложной скромности. И Виконт знал ей цену. Сам с удовольствием спал с ней и под таких ослов, как Селиванов, подкладывал – разумеется, за процент от выигрыша. Сева пятнадцать штук проиграл, полторы из которых получила она. Полторы тысячи за какую-то неделю! Да на фабрике бы ей за такие деньги целый год пришлось бы вкалывать. А сколько таких Селивановых! Да и вообще…

– Ничего я не хочу, – упрямо мотнул головой капитан.

– А я вижу, что хочешь. Только тебе ничего не обломится. Потому что обидел ты меня. Селиванов у тебя ангел, а я потаскуха какая-то. Я не потаскуха, начальник. Я – свободная женщина!