Громкоголосый просто отмахнулся от этого аргумента. Его монотонный голос забубнил дальше, так же бесцветно и равнодушно:

— Мои заместители проинформировали меня, что вы будете высажены на эту совершенно отвратительную планету перед рассветом. Вам придется быстренько отыскать себе надежное убежище, чтобы сохранить свои ничтожные жизни. Ваши компаньоны прошли процесс трансформации, чтобы принять образ обитателей той мерзкой планеты, что сейчас под нами?

— Посвященный сам может убедиться, взглянув…

— У меня нет времени любоваться ими, — резко оборвал его Громкоголосый. — Поскольку вам доставляет извращенное удовольствие контакт со столь отвратительными существами, то приступайте к выполнению задания без промедления, если вы вообще способны хоть на малюсенький достойный поступок в вашей бессмысленной жизни.

Дэйн чувствовал, как его переполняет злость.

«Эта линялая ящерица ведет себя так, словно сама сотворила всех живущих и является владыкой над всеми. И эта мерзость провожает нас, даже не удосуживаясь называть по именам?»

Драваш же разговаривал с этим уродом с раболепием, вовсе не соответствующим руководителю экспедиции.

— Аратак, Посвященный, был трансформирован в швефеджа. Невозможно, правда, скрыть его размеры, но если понадобится, он может сойти за гиганта — за уродца или чудовище, которое может демонстрировать размеры и силу на потеху толпе.

Аратак сердито несколько раз моргнул, затем философски пожал плечами и успокоился.

— Что касается обезьяноподобных, то цвет их кожного покрова и волос также приведен в соответствие с нормами аборигенов Бельсара-4.

— Это делает их еще более отвратительными, — пробубнил Громкоголосый, но, может быть, это поможет им хоть сколько-нибудь продлить их никчемные жизни, пока Содружество не получит ту информацию, за которой вы отправляетесь.