-- Не может быть! -- воскликнул инспектор.
-- Почему же это не может быть?
-- А зачем убивать человека таким неудобным способом -вещать?
-- Вот это мы и должны узнать.
-- Как убийцы могли проникнуть сюда?
-- Через парадную дверь.
-- Но она была заперта на засов.
-- Ее заперли после того, как они вошли.
-- Почем вы знаете?
-- Я видел следы. Простите, через минуту я, возможно, сообщу вам еще кое-какие сведения.
Он подошел к двери и, повернув ключ в замке, со свойственной ему методичностью осмотрел ее. Затем он вынул ключ, который торчал с внутренней стороны, и тоже обследовал его. Постель, ковер, стулья, камин, труп и веревка -- все было по очереди осмотрено, пока, наконец, Холмс не заявил, что удовлетворен, после чего он, призвав на помощь меня и инспектора, отрезал веревку, на которой висел труп несчастного Блессингтона, и почтительно прикрыл его простыней.
-- Откуда взялась веревка? -- спросил я.
-- Ее отрезали отсюда, -- сказал доктор Тревельян, вытягивая из-под кровати веревку, уложенную в большой круг. -Он ужасно боялся пожаров и всегда держал ее поблизости, чтобы бежать через окно, если лестница загорится.
-- Это, должно быть, избавило убийц от лишних хлопот, -задумчиво сказал Холмс. -- Да, все свершилось очень просто, и я сам буду удивлен, если к полудню не сообщу вам причины преступления. Я возьму фотографию Блессингтона, ту, что на камине. Она может помочь мне в моем расследовании.
-- Но, ради Бога, объясните нам, что же здесь произошло, -- взмолился доктор.
-- Последовательность событий ясна для меня, как будто я сам здесь присутствовал, -- сказал Холмс. -- Преступников было трое: один -- молодой, другой -- пожилой, а каков был третий, я пока определить не могу. Вряд ли надо говорить, что первые два -- те самые, что выдавали себя за русского дворянина и его сына, и, следовательно, у нас есть их полный словесный портрет. Они были впущены сообщником, находившимся в доме. Примите мой совет, инспектор, и арестуйте слугу-мальчишку, который, как помнится, поступил к вам, доктор, на службу совсем недавно.