Твою тещу, в голове туман и различные обрывки. Вот я доблестно надираюсь и начинаю сам с собой общаться, или нет. Точно нет. Этот долбанный «Я» появился до того, как. Ясненько. Допился. Видно, что меня потянуло на подвиги. Черт, до вчерашнего дня, эта моя особенность, мне не мешала по жизни. Способность много употреблять, не пьянея, с одной стороны, вещь хорошая, но с другой… Ясненько, пошел за догонкой и начудил. Вот черт, как в туалет хочется. Терпи сволочь. Ясен пень, что я не в ментовке, доводилось. Знаю порядки и правила слишком хорошо. Значит, все-таки дурка. Терпи сволочь, сам виноват.

— Есть тут кто?

Ни привета, ни ответа. Буду ждать, что еще остается. Ну и порядки здесь. Хотя пока я не узнаю, что вчера натворил, свою оценку происходящего могу только засунуть в известное место. О, вот кажется и местный персонал. До меня начали доноситься звуки шагов, сопровождаемые механическим лязганьем. Судя по шагам, больше одного и меньше десяти. Смешно, ха-ха.

Группа обходчиков остановилась около меня. Все-таки трое. Один около головы, двое по бокам.

— …, — произнес один из них.

— Уважаемый, по гыргырски не понимаю.

— …, — продолжил недоумок.

— Командир, я даже таких матюгов не знаю. Развяжите лучше, я обещаю вести себя прилично, в туалет очень надо. Срочно. Я…

Удар в живот заставил меня проглотить предложение о любви и мире.

— Суки!

Голову словно сдавило тисками. Повязку сорвали с лица. Какой-то старик. Его глаза. Глаза.

Сколько времени это продолжалось, не помню. Когда я очухался, то вокруг никого не было.