На лестнице я услыхал звон посуды из кухни, но, когда открыл дверь, там никого не оказалось.

Значит, ошибся. Надо было тут же вернуться наверх, потому что завтрак, очевидно, еще не приготовили. С прошлого ужина помыли тарелки, но стол был пуст, а в очаге лежала груда холодной золы. В кухне было холодно и, что еще хуже, – становилось все холоднее с каждой секундой.

Подходить к столу уж совсем не следовало. Стоило мне сделать шаг, как что-то позади меня злобно зашипело прямо под ухом. Так близко, что я даже почувствовал его дыхание.

Ведьмак же предупреждал: не спускаться рано. Я вдруг понял, что у меня неприятности.

Как только мне в голову пришла эта мысль, что-то резко ударило меня по затылку. Я пошатнулся и чуть не потерял равновесие.

Второго предупреждения не потребовалось. Я бросился прочь из кухни. Но на полпути застыл как вкопанный. Кто-то стоял на верхней ступеньке. Чей-то угрожающе высокий силуэт выделялся на фоне зеленой двери.

Я остановился, не зная, куда деваться, но меня успокоил знакомый голос. Это был Ведьмак.

Я впервые видел его без длинного черного плаща. На нем был черный жакет и серые штаны. Несмотря на высокий рост и широкие плечи, Ведьмак был очень худощавым – скорее всего оттого, что все время питался одним сыром. Он походил на лучших рабочих с фермы: когда они стареют, то некоторые, конечно, жиреют, но у большинства (именно таких отец нанимал для сбора урожая с тех пор, как братья покинули дом) худые, гибкие тела. «Чем худее, тем они более приспособленные», – всегда говорил отец. Взглянув на Ведьмака, я теперь понял, почему он с легкостью преодолевал зыбкие болотистые тропы и долго держался на ногах.

– Я же тебя предупреждал, – сказал Ведьмак тихо. – У тебя, похоже, уши заложило. Это будет тебе уроком, парень. В следующий раз пощады не жди.

– Мне показалось, я слышал колокольчик, – ответил я. – Наверное, приснилось.