Они шли в течение часа, не находя никаких дальнейших подсказок. Наконец, Куай-Гон остановился.

— Я думаю, что мы должны вернуться назад, падаван. Мы должны были бы увидеть некоторые признаки того, что эта дорога верной, — Куай-Гон посмотрел на небо, — скоро стемнеет.

Двигаться в наступающем сумраке было трудно. Температура снижалась, заставляя образовываться на пути ледяные заносы. Они отправились на скоростной спуск, используя всю свою концентрацию, чтобы не поскользнуться. Когда они вернулись к отправной точке, Оби-Ван услышал протяжный крик. Он резко остановился.

— Это не человеческий, — сказал он, — по крайней мере, я так думаю.

— Это крик малиа, — сказал Куай-Гон, — и прозвучал он близко.

Оби-Ван не услышал опасения в голосе учителя. Он никогда этого не делал. Но голос Куай-Гона не звучал и как обычно.

— Вы боитесь их? — спросил Оби-Ван.

— Нет, — ответил Куай-Гон, — я их уважаю. Если мы наткнёмся на них, падаван, помни, что они очень быстры. И очень хитры. Когда они охотятся, то прибегают к осмысленной стратегии.

Они продолжили спуск вниз, идя настолько тихо, насколько это возможно. Оби-Ван не тревожил даже листья под ногами.

— Как только мы найдём что-то подходящее, то должны будем остановиться на ночь, — тихо сказал Куай-Гон, — задержка не повредит нам. А огонь сможет защитить.

Оби-Ван не видел и не слышал никакого движение вокруг себя. Деревья здесь подходили близко к тропе. Но все же у него было чувство, что их преследовали. Несмотря на холод, он чувствовал, как струйка пота сбегает вниз по шее.

Ветвей стало больше, заслоняя дорожку впереди. Он мог только взглянуть на развилку, где они остановились. Там была опушка, где они бы могли устроить лагерь. Вдруг справа он увидел вспышку чего зелёного. Оно не вписывалось в обычные оттенки леса. Он было собрался сказать об этом Куай-Гону, как вдруг его учитель внезапно потянулся к своему световому мечу.