— Лина — благородная женщина, — размеренно сказал Оби-Ван, — она борется за то, что считает справедливым. Ваши сомнения не помогут ей.

Куай-Гон не мог не улыбнуться слегка. Для Оби-Вана была оскорбительной мысль Куай-Гона о подозрении Лины, и он был готов защищать её. Это подтверждало то, о чём начал подозревать Куай-Гон, что Оби-Ван увлечён Линой. Он должен был предупредить юношу. Прежде чем он успеет причинить себе вред.

— Ты увлечён, Оби-Ван, — сказал Куай-Гон, — будь осторожен. Не позволяй привлекательности управлять твоей волей.

— Я, — Оби-Ван вскинул голову и изо всех сил пытался сохранить голос под контролем, — это не безумное увлечение. Мотивы Лины благородны.

— Мотивы, которые она сказала нам — хорошие, но ведь могут быть и другие. Подумай, чего она лишится. Она никогда не сможет жить так как привыкла. Она потеряла опору в лице Кобрал, когда был убит Рутин, и она в опасности, что будет изгоем. Не только от семейства, но от всего Фрего. Ты не допускаешь возможности, что она ищет доказательства, чтобы с их помощью получить возможность, что-нибудь выторговать для себя?

Оби-Ван не сделал никакого движения, чтобы показать, что он согласился с доводами Куай-Гона.

— Посмотрим и увидим, — мягко сказал он, обернувшись и продолжив подниматься вверх по лестнице.

Куай-Гон вступил в жилое помещение Лины позади его ученика. Мика стояла у стола, уставившись на пустую коробку. Содержание посылки исчезло.

— Я сказала ей, что я стёрла доказательства, — плача, сказала Мика, — но я не думаю, что она даже слышала меня.

— Где Лина теперь? — спросил Куай-Гон. Оби-Ван уже готов был рвануться к лестнице.

— Я не знаю, — Мика рыдала, опустившись на кровать, — она ничего не сказала мне. Только взяла то, что было в посылке, и ушла.

ГЛАВА 11.

— Оби-Ван, подожди! — скомандовал его учитель. Оби-Ван не хотел ничего слушать. Не теперь. Не в то время, когда Лина была одна и в опасности. Но он всё-таки остановился около лестницы.