— Ты не замечаешь кое в ком из них ничего странного? — прошептал Куай-Гон.

— Взгляни на лица.

Оби-Ван стал вглядываться в лица прохожих. На них были написаны покорность, отчаяние. Но постепенно он подметил, что некоторые лица не выражали… ничего! Только странная пустота была в глазах.

— Что-то здесь не так, — тихо заметил Куай-Гон. — Это не просто страх, это нечто большее.

И вдруг из-за утла вынырнул большой золотистый спиролет. Прохожие бросились врассыпную, многие прижались спиной к стенам домов.

Оби-Ван почувствовал, что из золотистого спиролета исходит темная Сила.

Чуть коснувшись плеча Оби-Вана, Куай-Гон велел ему отступить. Тот послушался быстро, молча. Они нырнули в переулок. Спиролет промчался мимо.

За рулем сидел водитель в серебристом плаще. Позади него виднелись две фигуры, закутанные в плащи золотистого цвета. У стройной финдианки были красивые оранжевые глаза, испещренные крапинками такого же золотистого оттенка, как и ее плащ. Мужчина рядом с ней был крупнее многих финдианцев, с длинными, могучими руками. На нем не было визора с зеркальными стеклами, небольшие бронзовые глаза высокомерно щурились.

Оби-Ван и без храмовых уроков весь обратился во внимание. Все его чувства были настороже. Куай-Гон прав. Что-то здесь не так. Об этом говорила каждая мелочь. В этом мире властвовало зло.

Золотистый спиролет свернул за угол, чуть не сбив ребенка. Мать едва успела оттащить его. Оби-Ван, не веря своим глазам, смотрел машине вслед.

— Пойдем, Оби-Ван. — поторопил его Куай-Гон. — Заглянем на здешний рынок.

Они перешли через улицу и очутились на обширной площади. Это был рынок под открытым небом — Оби-Ван видел такие на Бендомире и Корусканте. Однако он сильно отличался от них — повсюду тянулись прилавки, но торговать было нечем. Какие-то металлические обрезки, никуда не годные, да немного гнилых овощей. Вот и все.