— Кажется, мы здесь одни, — тихо промолвил Куай-Гон. Его голос отразился гулким эхом, подтвердив догадку Оби-Вана о том, что этот зал очень, очень велик.
Они осторожно двинулись вперед, выставив для защиты световые мечи. У ОбиВана по спине прокатилась струйка пота. Что-то здесь не так. Он чувствовал неладное.
— Сила здесь темная, — прошептал Куай-Гон. — Злая. И я не чувствую в этом месте живой Силы.
Оби-Ван кивнул. Он не сумел выразить словами свои ощущения, но Куай-Гон описал их за него. Где-то поблизости глубоко коренилось зло, он не чувствовал вокруг себя живой пульсации.
Падаван споткнулся о незаметный порожек. Чтобы не упасть, он ухватился за каменную колонну. И в этот миг справа от него что-то промелькнуло.
Оби-Ван развернулся и высоко вскинул световой меч. Перед ним появился воин.
Он вынырнул из непроглядной тени и торопливым шагом направлялся к джедаям.
Его бластер был нацелен прямо в сердце Оби-Вану.
Глава 3
Мальчик отскочил в сторону и взмахнул световым мечом. Но огненное лезвие не наткнулось на тело, а прошло сквозь странную фигуру, будто это был воздух.
Удивленный Оби-Ван отскочил влево и хотел нанести еще один удар, но КуайГон остановил его.
— Падаван, такого врага тебе не победить, — заметил он.
Оби-Ван всмотрелся внимательнее. Оказывается, грозный воин был всегонавсего голограммой.
Вдруг послышался громкий, раскатистый голос.
— Меня зовут Кинтама. Я капитан Сил Освобождения Мелиды. — Голографический воин опустил бластер. — Завтра начнется Двадцать первая битва за Зеаву. В этой битве наши враги дааны будут разгромлены навеки, мы одержим славную победу. Вернем себе город, который наши предки основали тысячу лет назад.
Мелида заживет в мире.
— Двадцать первая битва за Зеаву? — удивленно шепнул Оби-Ван Куай-Гону. — Сколько же их было всего?
— За долгие годы город много раз переходил из рук в руки, — ответил тот. — Посмотри на его бластер. Старая модель. Лет пятьдесят, не меньше.