— Скажите, В-Хаад и О-Рина, — спросил Куай-Гон, когда они шли по улицам Кегана, — Я вижу, вы решили многие проблемы, с которыми другие миры не справляются. Но почему кеганийцы не путешествуют на другие планеты, делясь своими знаниями?

— Нам это не нужно, — сказал В-Хаад, — У нас есть все, что нужно для хорошей жизни здесь. А путешествия могут быть опасными. В галактике много насилия. Если бы мы посещали другие миры, другие наведывались бы и к нам. Это могло бы стать опасным для Кегана. Вы не можете отрицать, что галактика пропитана насилием.

— Нет, не могу, — согласился Куай-Гон, — Но так же и торговыми путями и возможностью для обмена знаниями.

О-Рина и В-Хаад понимающе улыбались, треся головами.

— У нас есть все, что нам нужно, — повторил В-Хаад, — Импорт товаров или знаний не нужен и опасен для Всеобщего Блага.

— Почему передовые знания должны быть опасны? — удивленно спросил Оби-Ван.

Куай-Гон отметил, как покраснел затылок В-Хаада, несмотря на то, что улыбка не покинула лица Проводника.

— Кеган очень живописная планета, — сменила тему Ади.

О-Рина, молниеносно переходя с одной темы на другую, начала рассказывать о красивых местах на Кегане, показывая разные кеганские растения, когда они проходили Сельскохозяйственный Округ с его цветущими клумбами и грядками.

Куай-Гон был молчалив. Что-то здесь беспокоило его. Что-то, помимо вымученных улыбок Проводников Гостеприимства. Вдруг заметил, что не слышал смеха, ни разу с тех пор как он сели на планете. Он не обнаружил ни скульптур, ни фонтанов, или произведений искусства. Он не слышал музыки. На столь мирной планете это было необычно. Может, именно это отсутствие веселья — несмотря на все улыбки — его так тревожил.

— Это наша рыночная площадь, — гордо сообщила О-Рина, указывая на круглую площадь, наводненную лодками. — Не нужны деньги, чтобы что-либо купить. Все обмениваются тем, что производят. Никто не голодает.