Вольф Брейлинг посмотрел на дом и крохотный огород рядом с ним и обернулся к скошенному лугу, где сейчас работали мать, братья и сестры Арона.

— Пойдем, — кивнул он. — Сюда, за угол амбара.

Отец и сын уселись прямо на землю, едва ощутимо пахнущую сеном и навозом. Быстро оглянувшись через плечо, Вольф извлек из висящей на поясе сумки небольшой предмет, завернутый в широкий зеленый лист дантха, и протянул сверток сыну. Мягкий лист щекотал пальцы Арона, и, бережно разворачивая его, мальчик старался не повредить прожилки. Лист был почти свежим, его вполне можно использовать еще раз. В семействе Брейлингов ничего просто так не выбрасывалось.

Наконец мальчик развернул сверток — кусок пряного хлеба! Остатки праздничного завтрака, посвященного дню рождения младшей сестренки! Арон бережно дотронулся до аппетитной хрустящей корочки.

Что за неслыханная щедрость напала на отца?

Из амбара раздался свист Тек. Любимица мальчика нетерпеливо притопывала в стойле и громко встряхивала чешуей. Наверное, она скребет в воздухе своими морщинистыми и когтистыми передними лапами, да вдобавок трясет огромной головой — прямо как курица. И хотя ростом юная тэлон чуть ли не вдвое выше Арона, ведет себя она как шаловливый детеныш. Неужели учуяла запах еды?

Вольф оглянулся.

— Ешь быстрее, пока твоя мать не выпрыгнула на нас из какого-нибудь укромного местечка. Вдруг она превратится в оборотня и впрыснет в нас яд за то, что я порчу тебе аппетит перед ужином?

Арон улыбнулся, представив мать в таком необычном виде. Интересно, какой облик она бы приняла? Полуптицы-получеловека? Конечно, нет! Она стала бы горной кошкой, неслышно выскользнула бы из каменистого рва или пещеры — таких мест на земле Брейлингов полным-полно, поднялась бы на длинных задних лапах, а потом превратилась в какую-нибудь совсем уж страшную и мерзкую человекообразную тварь…