именно свида<ние?> б. есть души, которые любишь вдруг, уважа<ешь>] потому что есть души, которые [Далее было: а. выражаются вполне сами собою б. не могут от меня укрыться, но все выражаются] не закрыты [никакою] корою и блещут [как бриллианты], с первого <раза> [Далее было: а. их вдруг уже необделанные б. дорогие камни в. взгляд ювелира] их узнает [Далее начато: в них] взгляд ювелира, и я обыкновенно [Далее было: до времени полной встречи] с ними спешу, мое сказавши от полноты души: слава богу, и влекусь по странному влечению к тем, которых душа скрывается корою и труден к ним <путь> и самому [Далее было: тому всемогущему] создателю. И мнения ее <о> Мертвых душах вы все-таки опишите, хотя об этом никому не сказывайте. [Далее было: потому] Всё, что сказано челов<еком> от [Вырвано. ] искренней души, во всем том остается много самой души, и потому вы<…> [Вырвано. ]

Вас страшит мое длинное и трудное путешествие. Вы говорите, что не можете понять ему причины. Вы говорите, что хотели несколько раз спросить меня и останавливались, [не хотели] не решаясь навязываться на доверенность. Зачем же вы не спросили? Нет, никогда не нужно останавливаться, если душевная жажда спросить. Никогда сердечный вопрос другого не может быть докучен или неуместен. Самое большое, что я бы отвечал [сделал] вам на это молчанием. Но вопрос ваш был всё бы приятен душе моей, потому что он сделан любящим человеком. [потому что он от друга. ] И на молчанье мое вы бы не рассердились, потому что если [Далее начато: др<уг>] на сердечный вопрос [друга] отвечают молчаньем и если молчание это светло и выражает спокойствие душевное, то, стало быть, оно уже ответ, и, ничем другим не мог выразиться этот ответ. И что мог бы я вам сказать на это? Так нужно! Вы рассмотрите, что во мне вы нашли похожего на ханжу или на это [что на] добродушное богомольство и набожность, которою наша дышит добрая Москва, [которой заражена добрая] не думая и не стремясь быть лучше.