Я ему рассказал всё откровенно, не скрывая ничего, [ничего из вашей. Далее начато: что] рассказал, что вы промотали всё свое именье, что провели шумно и безрасчетно вашу молодость, что были в обществе знатных повес, что были в обществе игроков, но среди всего не потерялись душою, сохранили благородные движения души, умели заслужить невольное уважение достойных <и> умных людей, дружбу Пушкина, которую он питал <к> вам преимущественно пред всеми до конца своей жизни, [сохранить до конца жизни дружбу Пушкина] сохранили доброе сердце, приобрели познание людей и света. И будучи низринуты в несчастие и бедность, [Далее начато: от] в обстоятельства, от которых пошла <бы> кругом голова у другого, вы не вдались в отчаяние, [в несчастие] не прибегнули ни к одному бесчестному средству, не вдались ни в один порок, в которые способен вдаться русский, приведенный в отчаяние, но с чудным терпен<ием> умели нести крест, благословляя имя божие и становясь выше и выше христианином в душе, [а. умели терпеть и имели высшую веру б. показали изумительную покорность в<оле> провидения и умели сохранять <?> эту христианскую веру и благословлять все несчастия и стали глубоким в душе христианином] который в бедах тверже и сильней [и совершен<ней>] становится по мере того, как несчастнее и тяжелее становится участь его. [чем немощи сильнее и тягостнее несчастия]

И в заключение слов моих я сказал, что если ему нужен честнейший [истинно честнейший] и благороднейший человек во всех <отношениях>, то никого другого он не может употребить, по моему мнению, с такою пользою, как вас. Он слушал меня со вниманием, [Далее было: и сделал] и по окончании [Далее начато: моих] сделал предложение, которого я вовсе не ожидал, именно предложил быть воспитателем его сына. Я, [Я отвечал] зная, что вы никогда не имели в виду подобного места и не готовили себя совершенно, что в свете обыкновенно [зная, что обыкновенно