Через некоторое время Урания отстранилась, тяжело дыша и раскрасневшись.

— Как выясняется, ты и тут неплох, — улыбаясь, сказала она.

— Ты тоже.

Урания показалась Скипу несколько наивной, но, может, это только на людях? Как бы то ни было, он снова влюбился, и у него была чудесная работа. И хотя вокруг все еще лежали длинные синие тени, воздух уже прогрелся так, что Скип почувствовал слабый запах шалфея.

Держась за руки, смеясь и приплясывая, они пошли вниз, но уже быстрее, чем прежде. Когда они добрались до дома Урании, та первым делом принялась собирать малышей в школу. Вэйцы отказались от услуг министерства образования и держали своих собственных педагогов по всем предметам. Особое внимание в школьной программе уделялось, естественно, теоонтологии.

Урания шепнула Скипу, что все свой дела сделала еще вчера и сегодня у нее выходной, так что спешить некуда, разве что с завтраком.

— Хочу смотреть на звездолет! — канючил Мика.

— Тебе еще рано, маленький, — сказала Урания, причесывая сына. — Он ничем не отличается от обычного спутника.

— А я хочу, — настаивал малыш.

— Так нельзя говорить. Это противно Богу.

— Ему же всего шесть! — вмешался Скип. — Майку, я имею в виду, не Богу. Малыш, я думаю, ты успеешь посмотреть на него в субботу. Ладно? А сейчас идем-ка умываться и одеваться, а пока жарятся оладьи, я расскажу какую-нибудь историю.

— Давай про воздушный шар! — скомандовал Джоэль, потому что Скип неизменно приплетал туда самого Джоэля.

— Нет! Давай про планету Ивинку! — потребовал Мика, из тех же соображений.

— Сейчас мало времени, — заметил Скип, — так что я, пожалуй, расскажу вам историю про дракона.

Покуда малыши плескались и приводили себя в мало-мальски приличный вид, Скип сидел за кухонным столом и внимание его раздваивалось: одна половина отвлекалась на более чем соблазнительные движения Урании, другая же была занята блокнотом, в котором он обычно рисовал, когда было время.