Охваченный неизъяснимым блаженством, Г. X. Бонди опускается на колени, ему хочется громко кричать и петь от умиления и счастья, ему чудится шум необъятных и бесчисленных крыл. Но тут кто-то больно хватает его за руку и тащит наверх — вон из подвала. Это инженер Марек, на голове у него капюшон или скафандр водолаза, Марек волочит Бонди вверх по лестнице. В передней Марек снимает металлический капюшон и утирает струящийся по лбу пот.

— Еще мгновенье — и было бы поздно, — выдыхает он в страшном волнении.

3. ПАНТЕИЗМ

Президенту Бонди представляется, будто все это сон, Марек с материнской заботливостью усаживает его в кресло и в мгновенье ока извлекает откуда-то коньяк.

— На, выпей немедленно, — бормочет он, трясущейся рукой поднося Бонди коньячную рюмку. — Тебе тоже несладко пришлось, а?

— Напротив, — вяло выговаривает президент: язык с трудом повинуется ему. — Это было так прекрасно, дружище! Я будто парил в поднебесье или что-нибудь в этом роде…

— Да, да, — подхватил Марек, — именно это я и хотел сказать. Ты словно паришь в поднебесье или возносишься куда-то, а?

— Чрезвычайно приятное ощущение, — повторил пан Бонди. — По-моему, это и есть экстаз. Как будто там нечто… нечто…


— Нечто божественное? — неуверенно подсказал Марек.

— Может быть. Нет, не может, а наверняка, дружище. Я отродясь не бывал в церкви, Руда, но в подвале было как в церкви. Что это я там творил, скажи на милость?

— Молитвы, — с горечью признался Марек и снова принялся расхаживать взад-вперед по комнате.

Президент Бонди в недоумении провел рукою по лысине.

— Гм, странно. Да брось, неужто я молился? Слушай, а что там… гм… что там, в этом склепе, так действует на человека?



10 из 225