Тан Марсун уже ждёт нас в зале. Мы не успеваем обменяться парой слов, как начинают появляться мои товарищи. Они тоже сменили походную одежду на цивильные костюмы. Особенно поражает меня Лена. На ней свободная блузка нежно-голубого цвета с широкими рукавами и из такой прозрачной ткани, что во всех подробностях можно разглядеть груди моей подруги. Где она такую взяла? Не иначе как из биофазы утащила. Коротенькая, выше середины бедра юбочка из белой замши и голубые с металлическим отливом чулки. Всё это тоже явно из биологической Фазы. Из своего на Лене только её любимые белые босоножки с плетением ремешков по голени и белые лайковые перчатки до локтя. Что это ей взбрело в голову так соблазнительно нарядиться? Она что, не понимает, как сейчас выглядит в глазах этого похотливого самца? Всё равно как мулета перед быком.

А тан пялится на Лену во все глаза и облизывается, словно кот возле рыболовного садка. Лена же, как ни в чем ни бывало, присаживается и при этом еще выше поддёргивает юбочку. Заметив мой недовольный взгляд, она хмурится и незаметно качает головой. Понятно. Моя подруга что-то замыслила. Не знаю еще что, но мешать ей не стоит. Чтобы как-то отвлечь Марсуна, я задаю ему первый вопрос:

— Тан Марсун, энергию вы получаете от ветряных мельниц?

— Да, конечно. — Тан с неудовольствием отрывается от созерцания Лены. — А у вас разве иначе?

— Иначе. У нас электрические машины вращают потоки воды рек и ручьев.

— А! У нас лет пятнадцать назад один чудак тоже хотел так сделать. Даже речку запрудил, чтобы воду поднять повыше. Но Владыки приказали посадить его на кол.

— За что?

— Странные вы там, в Загорье. У вас разве законы другие? Никто не должен делать того, что не делали его отцы и деды. За ослушание — мучительная смерть.