И тут взгляд его зацепился за знакомые буквы и цифры.

"JTTE 111470"…

– Черт возьми! – пробормотал он вслух. – Это же бортовой номер "мустанга" из видеозаписи на "Пайпер мару".

Такое открытие все меняло. Спасательной фирмой надо заняться всерьез. И судя по обстановке в этом доме, вполне возможно, что ею уже кто-то занялся… Кстати, нет ли в этих макулатурных залежах конверта, в котором прислали счет? На конверте должен быть адрес…

Моддер огляделся. И тут же обнаружил искомый. На конверте был тот же самый лейбл "Спасательные операции Дж. Каленчук". И адрес…

Молдер сунул конверт в карман.

Отлично! Теперь пора навестить самого Дж. Каленчука. Он наверняка способен рассказать немало интересного!..

В доме что-то грохнуло. Как будто стакан разбился…

Молдер тут же выхватил из кобуры "зиг зауэр", выставил перед собой, осторожно шагнул в комнату с камином. По-прежнему никого… Прислушался.

Шорох доносился из-за двери еще необследованной комнаты. Держа пистолет наготове, Молдер прокрался к двери, распахнул, скользнул внутрь.

Это была спальня супругов Готье.

Стакан упал с прикроватной тумбочки.

По тумбочке шарила мерзкого вида рука, вся в язвах. А обладатель руки лежал рядом с тумбочкой и ничем не отличался от французских моряков, пациентов госпиталя в Сан-Диего.

Рука сорвалась с тумбочки, упала лежащему на грудь. Глаза его были закрыты, а язвы еще не настолько изуродовали лицо, чтобы Молдер не признал в нем Поля Готье.

Молдер убрал пистолет в кобуру, подскочил к телу, нащупал пульс на шее. Вроде жив… И весь в сукровице.

Молдер отпустил пульс, глянул на свою руку. Нет, это не сукровица. Скорее, похоже на масло…

Лежащий пошевелился.

– Мистер Готье, – сказал спокойно Молдер. – Не волнуйтесь, я из ФБР. Что тут произошло? Вы упали?