К водолазу подошел руководитель экспедиции:

– Готовы к погружению?

– Готов, мсье! – сказал Готье.

Руководитель повернулся к двум техникам, державшим тяжелое стекло от шлема: – Закрывайте!

Голубые глаза Готье оказались за броневым стеклом.

Техники сноровисто и быстро затянули гайки:

– Батискаф готов!

Опустили гак лебедки, зацепили его за подъемную скобу, и вот уже желтый мини-батискаф повис в воздухе. Стрела лебедки повернулась. Прыгнули в воду два аквалангиста, которые будут сопровождать Готье до глубины в сорок метров. Дальше он пойдет в полном одиночестве.

– Майна!

Воды коснулись ноги с привешенным балластом, пояс с грузами поменьше, руки, шлем…

Погружение началось.

Получасом позже Стало явно холоднее, и Готье включил обогрев. Динамик тут же отозвался голосом Жерара:

– Температура воды – два градуса.

Кругом была заполненная водой пустота.

– Глубина двести семьдесят метров, – сказал Жерар. – Дно, наверное, уже близко.

– Понял, – отозвался Готье.

Палец света, тянущийся от прожектора вниз, тоже слепо тыкался в пустоту.

– Отклонение незначительно. Цель в сорока метрах к юго-юго-востоку.

– Понял, – сказал Готье, включил двигатель и на минимальной скорости выбрал отклонение.

– Отмечается некоторое повышение уровня радиации, – сказал Жерар.

– Понял, – сказал Готье. – Наверное, из-за этой штуки, которая подо мной.

– Уровень не опасен, чуть превышает фоновый.

– Понял, – отозвался Готье. Он и сам видел это: шкала счетчика располагалась на правой стороне шлема, рядом со стеклом.

Через пару минут он достиг, наконец, дна. Сбросил часть балласта, делая плавучесть нулевой. Закрутился на месте, ощупывая воду лучом прожектора. И тут же обнаружил цель. Включил телекамеру.