– С помощью метеоспутников я проследил его исходную позицию. Глянь.

Скал ли вгляделась в сетку координат:

– Сорок два градуса северной широты, сто семьдесят один градус восточной долготы. Ну и что?

– А то!.. – Молдер торжествующе глянул на партнершу. – Именно там затонул некий объект, который наше с тобой руководство считает русской подводной лодкой. А мне кажется, там что-то более интересное. Французы вот тоже пронюхали и пытаются разобраться.

– Ну и что? – снова спросила Скалли, откладывая снимок.

По ее лицу было совершенно ясно, что в русскую подводную лодку она еще может поверить, а вот насчет более интересного требуется разъяснение…

– Нет, правда, – сказал Молдер. – Почему это французы вдруг заинтересовались этим местом?

Скалли пожала плечами: – Ну, так и спроси у французов.

– С удовольствием бы, – Молдер поднял указательный палец. – Да только весь экипаж "Пайпер мару" лечится сейчас от радиационных ожогов. Откуда там взялась радиация и почему ее не обнаруживали раньше? Ведь брали воду на анализ – я проверял. Тебе не интересно?

Скалли не нашлась что ответить. Ее гораздо больше интересовало, кому могло помешать расследование убийства Мелиссы…

– Французское правительство всю информацию засекретило, – добавил Молдер торжествующим тоном.

– А это не может быть как-то связано с возобновлением их ядерных испытаний? – сказала Скалли, чтобы хоть что-то сказать.

– Я проверил, – Молдер помотал головой. – Ближайшая точка взрыва находилась в нескольких тысячах миль от них… В чем дело? – спросил он, увидев, что Скалли вдруг заулыбалась.

А той уже было ясно, что Молдер опять нашел своих зеленых человечков.

Теперь вот в северной части Тихого океана, на дне…

– Знаешь, ты меня просто удивляешь, – сказала она. – Сидишь в подвале, роешься в куче бумаг, смотришь какие-то передачи… Другой агент просто взял бы и выбросил это в мусор. В первую очередь – из головы.