Благодаря новейшим двигателям корабль развил скорость, составляющую квадрат скорости света. Обычно такие двигатели обозначались С2 и назывались "це-квадрами", хотя это название было не совсем точным. Скорость света - сто восемьдесят шесть тысяч миль в секунду, или триста тысяч километров в секунду, или же один световой год в год.

"Це-квадрами" эти двигатели назвали потому, что они давали эффективную скорость порядка восьмидесяти девяти миллиардов километров в секунду, что примерно равно квадрату метрического выражения скорости света. Двигатель С2 мог доставить вас от Солнечной системы до Проксимы Центавра за 450 секунд - если, конечно, кому-нибудь требовался полет к Проксиме Центавра. Разумеется, использовать С2 следовало за пределами зоны притяжения солнечных систем, или корабль мог оказаться слишком далеко от места назначения.

Для космических полетов существовали и другие ограничения - например, прыжок из "нормального" космоса требовал огромных затрат энергии. Если, Боже упаси, с энергетическими системами корабля что-нибудь случалось при работе двигателей С2, корабль заносило на край вселенной - точнее узнать, что с ним при этом происходит, не удавалось еще никому. Немало кораблей было потеряно в подобных авариях. Менее катастрофическими, но все-таки чрезвычайно опасными последствиями грозила неточная астронавигация. Ошибка в девять сотых долей секунды при выходе из режима С2 была способна увести корабль примерно так же далеко от цели, как отстоит астероидный пояс от Солнца.

В наши времена навигационные компьютеры стали настолько надежны, что пилоты могли чувствовать себя в безопасности даже при погрешности курса в пределах полумиллиона километров. Курс "Джослин-Мари" проверялся трижды, поскольку для зоны, в которую мы направлялись, еще не существовало точных карт. Кроме того, оказавшись над полюсом намеченной звезды, как надеялись, мы заняли бы удобную наблюдательную позицию для исследования.