И начал подниматься вверх по лестнице, перепрыгивая через четыре ступеньки и считая этажи.

Второй.

Прости! Я больше… уфф… никогда!

Третий.

В конце концов, я не совершил ничего предосудительного, ни одного из…

Четвертый.

сорока восьми смертных грехов. Это же ни злость, ни обида, ни зависть,

Пятый.

ни радость, ни нежность, ни грусть,

Шестой.

это просто небольшая рассеянность. Я просто забыл…

Седьмой.

просто задумался и не заметил, как пропищал зуммер, и как результат -

Восьмой.

немного опоздал. Но это никакая не халатность, упаси Боже! Просто…

Девятый.

небольшая рассеянность. Достойная разве что небольшого порицания, но уж никак не… Дьявол!

Почему ему так не везет сегодня? Он пропустил свой этаж!

Он вломился в дверь, оставив ее широко распахнутой и негромко позвякивающей ключами, бросился к монитору, трепетно приземлившись перед ним на колени, сбивчиво пробормотал в микрофон свой идентификационный код, ввел с клавиатуры пароль, за рекордно короткое время успев допустить в нем три ошибки и тут же их исправить – и все это время с отчаянием осознавал всю бесполезность собственных действий… Слишком поздно!

Вместо привычного изображения диктора монитор продемонстрировал бесстрастное лицо снурка. Бесстрастное вдвойне, поскольку в данную минуту оно могло быть только записью.

– Вы опоздали, – произнесло лицо. – Мне неприятно говорить вам это, но…

– Не-е-ет! – пронзительно закричал зритель, закрывая собственный рот руками.

– …должны быть в курсе того, какое наказание ждет любого гражданина, пропустившего сеанс обязательного вещания… – монотонным голосом продолжал снурк.

Часы в правом верхнем углу монитора показывали 16:56.

– …в течение ближайшего получаса вам надлежит…

Изображение неожиданно дернулось, причудливо изогнувшись. Экран погас на несколько секунд.