Одновременно послышались выстрелы из более легкого оружия и разорвалось несколько гранат.

На ближайшем перекрестке я свернул на боковую улочку и побежал в гору. Несколько человек пробежали в противоположную сторону, не обращая внимания на мой вопрос: «Что там творится?»

Один из бегущих — запыхавшийся толстяк с лицом белым, как рыбье брюхо — остановился, потому что я сгреб его в охапку.

— Автомобиль с пулеметом заехал на гору, — запинаясь, пробормотал он, когда я вновь проорал свой вопрос прямо ему в ухо.

— Почему вы без оружия?

— Я... я потерял его.

— Где генерал Плешков?

— Где-то наверху. Пытается захватить машину, но это невозможно. Это самоубийство! Почему не присылают подмогу?

Мимо нас по направлению к главной улице промчался еще один мужчина. Я отпустил толстяка и задержал группу сразу из четырех человек, которые бежали не так быстро.

— Что там теперь творится? — спросил я.

— Они начали потрошить особняки, — ответил остролицый мужчина с усиками, вооруженный винтовкой.

— А на материк еще ничего не сообщили?

— Невозможно, — ответил другой мужчина. — Первым делом бандиты взорвали мост.

— Разве никто не умеет плавать?

— При таком ветре-то? Катлан попытался было сунуться в воду и едва спасся, отделавшись парой сломанных ребер.

— Но ветер стих, — заметил я.

Остролицый отдал винтовку товарищу и снял пиджак.

— Пожалуй, я попробую.

— Отлично! Разбудите этих лежебок и свяжитесь с морской полицией и с береговой охраной. Если скажете, что у налетчиков пулеметы, они нам помогут. И еще передайте, что в распоряжении бандитов имеется яхта, на которой они собираются удрать. Яхта Хендриксона.

Доброволец-пловец поспешил к пляжу.

— Яхта? — в один голос спросили сразу двое.

— Да. На ней тоже установлен пулемет. И если мы хотим что-то предпринять, надо это делать сейчас, пока мы отрезаем им путь к отступлению. Соберите здесь всех мужчин с оружием, которых можете найти. Стреляйте с крыш, если получится. Сверху машина будет более уязвима.