Меня обуревал соблазн запустить пистолетом в голову бегущего, но я сдержался.

Впереди из мрака выросла громада дома. Беглец кинулся вправо, чтобы скрыться за углом.

Слева гулко ухнул выстрел.

Преследуемый повернул за угол.

— Черт побери! — голос генерала Плешкова казался изумленным. — Чтобы я промахнулся из дробовика на таком расстоянии!

— Бегите с той стороны! — крикнул я ему, устремляясь за неизвестным.

Впереди слышалось топанье, но я никого не видел. Обогнув дом, приближался пыхтящий генерал.

— Вы схватили его? — выдавил он.

— Нет.

Перед нами вздымалась каменистая круча, по которой убегала вверх тропинка. По обеим сторонам росли кусты.

— Но, друг мой, — удивился генерал. — Как же он мог... Вверху на тропинке и чуть сбоку я различил едва заметный треугольник — возможно, часть светлой рубашки в вырезе куртки.

— Оставайтесь здесь и продолжайте говорить! — шепнул я генералу и пополз вверх.

— Должно быть, он удрал в противоположном направлении, — продолжал генерал, повинуясь моим наставлениям, — потому что в противном случае я бы его заметил, а если бы он попытался пролезть через кусты, то...

Он говорил без умолку, пока я осторожно крался по тропе, нащупывая ногами опору.

Я увидел затаившегося беглеца в нескольких шагах от себя. Привалившись к кусту, он наблюдал за генералом. В следующую секунду он заметил меня.

Он вскочил и его правая рука дернулась вверх.

Я прыгнул на него, вытянув обе руки вперед.

Наступив на камень, я подвернул лодыжку и упал, как нельзя кстати, потому что посланная с близкого расстояния пуля просвистела у меня над головой.

Падая, я ухватил левой рукой за щиколотки неведомого противника, который свалился прямо на меня. Я изо всех сил лягнул его ногой, перехватил правое запястье и хотел уже впиться в него зубами, когда генерал, пыхтя, как паровоз, подоспел на выручку и молодецким ударом отбросил врага.